Планерная

Автор: Константин Кривчиков
Серия: Кремль 2222
Возрастное ограничение: 16+
Дата выхода: 2017
Правообладатель: АСТ

Оглавление




* * *



Пролог

2022 г. Москва, Северное Тушино

– Ёж твою коромысло!

Споткнувшись об арматурину, полковник Латыпов ругнулся, однако это не помогло. Падая вперед, он выставил руку, но его ждала еще одна подлянка в виде глубокой воронки. И Латыпов съехал по мокрой почве почти до самого дна. Хорошо еще, что не угодил головой в лужу.

Беспросветная мрачная тьма покрывала Северное Тушино. Ее изредка прорезали лучи прожекторов, но их становилось меньше буквально с каждым часом. Накануне враг прорвал линию обороны по МКАД на северо-западном участке, и в образовавшуюся брешь хлынули биороботы. Линии электропередач они взрывали, а на прожекторные установки вели натуральную охоту, стреляя по ним, как по мишеням в тире. Ведь роботам с их тепловизорами и сенсорными датчиками свет не нужен и даже мешает – в отличие от людей.

Латыпову дополнительное освещение сейчас очень бы пригодилось – хотя бы в виде нескольких уличных фонарей. Попав полчаса назад под атаку «Спайдера», он потерял двух последних бойцов, а осколки вывели из строя командирский планшет и коммуникатор. После чего ориентироваться на местности стало значительно сложнее, используя тепловизионный прицел автомата и нашлемный монитор.

Подобное искусственное «зрение» с узким диапазоном обзора вынуждает двигаться осторожно и медленно. Иначе быстро нарвешься на неприятности, по сравнению с которыми падение в глубокую воронку окажется сущим пустяком. Вот и Латыпов сейчас не столько продвигался к цели, сколько прокрадывался, иногда чуть ли не на ощупь – и все равно сверзился в яму.

Ко всем прочим неприятностям добавлялось то, что полковник практически не знал района, где сейчас очутился, и ориентиры находил с трудом – из числа тех, что смог запомнить по карте. Последним таким узнаваемым ориентиром стало здание транспортно-пересадочного узла над станцией метро «Планерная». Точнее, уже не здание, а громадная куча мусора, в которую ТПУ превратил штурмовой биоробот «Маунтин».

Данное обстоятельство означало, что попасть здесь в подземные коммуникации метро не удастся – теперь следовало добираться до депо, а это еще почти километр. Полковник помнил, что, продвигаясь от ТПУ по прямой, он должен метров через триста выйти на улицу Планерная. Но попробуй тут разобраться, где именно идешь, когда темно, как у негра в известном месте, а путь преграждают покореженные автомобили и свежие воронки от снарядов.

Иногда выручал сигнально-световой фонарик, прикрепленный к шлему. Однако включать его часто Латыпов опасался. Во-первых, с таким «маяком» можно запросто стать удобной мишенью противника. И ладно еще, если из автоматической винтовки пальнут. А если био из крупного калибра засадит? Тут уж никакой бронешлем не спасет – разнесет башку вдребезги.

Во-вторых, полковник берег аккумуляторы, которые при минусовой температуре и без того быстро садились. Вот и сейчас, очутившись на дне воронки, Латыпов не стал включать фонарь. Дополз, матерясь под нос, доверху и попытался осмотреться через тепловизионный прицел. Голову высовывать не рискнул, чтобы лишний раз не подставляться. Хотя шлем и покрыт пленкой, блокирующей тепловые излучения, но – на технологии надейся, а сам не плошай.

Сначала он посмотрел влево. Взгляд сразу наткнулся на громоздкий силуэт автобуса, который полковник засекал и раньше – перед тем, как «нырнуть» в воронку. А вот за мирным автобусом неподвижно чернела хищная приземистая фигура вражеской БМП. Латыпов тщательно «общупал» бронемашину через прицел, но не нашел ничего подозрительного. Судя по разорванной гусеничной ленте, БМП была подбита и брошена экипажем.

Дальше, на другой стороне улицы, темнели густые заросли. Увидев, что они тянутся вдоль метров на сто, Латыпов переключился на правую сторону. И почти тут же – над ровной линей подстриженных кустов – обнаружил прямоугольную высотку. Раньше ее скрывало здание, вдоль которого продвигался полковник. Теперь дом открылся почти как на ладони, уходя стенами в мрачную темноту.

Считать этажи Латыпов не стал. Но зато пробежался прицелом по фасаду и – вот оно! – заметил на углу здания табличку. К сожалению, она висела на одном шурупе и была сильно погнута, поэтому название улицы полковник разобрать не смог. «Планерная? – подумал он. – Скорее всего, она. Но надо удостовериться, иначе можно безнадежно заплутать».

Он вылез из ямы и, прячась за кустами, прокрался до угла высотки. Здесь все-таки рискнул включить фонарик и, задрав голову, не без труда прочитал: «Планерная…» На месте цифр зияла рваная дыра, но номер дома не имел особого значения.

Главное, что он не сбился с маршрута и идет в верном направлении – к замаскированному входу, откуда можно спуститься к отводной ветке метро. Ее построили накануне войны одновременно с особо секретным объектом «Тушино-113». Вход находился неподалеку от депо Таганско-Краснопресненской линии, и оставалось до него примерно с полкилометра.

Латыпов выключил фонарь, и в ту же секунду раздалась гавкающая очередь крупнокалиберного пулемета. Полковник метнулся за угол, но с опозданием – уже после того, как пули с треском пробарабанили по стене дома. Это был настоящий барабан смерти. Однако спасло Латыпова не чудо, а то, что пулеметчик взял слишком высоко над головой – наверное, на полметра, а то и больше.

Почему? Неужто такой мазила? Полковник догадался, в чем дело, когда уже очутился за углом. Стреляли явно на свет, – подумал он. Но не на свет фонаря, а на пятно света, появившееся на стене. Следовательно, стреляли сзади. И, скорее всего, это сделал робот, потому что человек сообразил бы, что мишень находится ниже.

Так что же получается – его засек био? Как же он так незаметно подкрался? Ведь любой, самый маленький биоробот крупнее танка и «бээмпэ». Хм, «бээмпэ»…

Офицер высунул из-за угла ствол автомата с тепловизором и с помощью видеомодуля быстро обнаружил подбитую бронемашину. Та торчала на прежнем месте. Но вот башня с пушкой и крупнокалиберным пулеметом медленно начала вращаться, периодически притормаживая.

Картина помаленьку прояснялась. Скорее всего, экипаж действительно покинул подбитый транспорт. Но при этом настроил оружие на автоматический режим стрельбы, задействовав подсистему опознавания «свой – чужой». В итоге получился примитивный боевой робот. Теперь этот придурок лупит по любой цели, которая кажется ему подозрительной. И будет лупить, пока не кончатся боеприпасы.

Кстати, вовсе не факт, что внутри никого нет. Может, и есть, но прилег отдохнуть. Или серьезно ранен и теперь под прикрытием брони ждет подкрепления.

Латыпов размышлял недолго. Затем снял со спины реактивный гранатомет, забранный у погибшего бойца, и прислонил его к стене. Вытащил из подсумка свето-шумовую гранату. После чего, выдернув кольцо с чекой, зашвырнул гранату в сторону – в сторону и от себя, и от бронемашины.

Как полковник и ожидал, робот среагировал на взрыв и появление облака белого дыма с задержкой в несколько секунд. Зато шарахнул потом по ложной цели сразу из всех калибров. Латыпов к тому моменту уже положил на плечо трубу гранатомета. Едва раздались выстрелы, полковник шагнул из-за угла и, быстро прицелившись, засадил в бок БМП кумулятивной бронебойной гранатой.

Наслаждаться эффектным зрелищем офицер не стал, ибо давно вышел из подросткового возраста. И усвоил, что война – не компьютерная стрелялка. Поэтому, произведя выстрел, бросил «трубу» на землю, развернулся и побежал вдоль стены здания. Уже на бегу услышал громкий взрыв – значит, боеприпасов в боевом отсеке находилось много. Что, собственно, и требовалось доказать.

Добравшись до угла, свернул налево. Он хотел обогнуть дом с тыльной стороны, чтобы дальше двигаться вдоль улицы, не приближаясь к дороге. Однако случилось непредвиденное. Едва он пробежал несколько метров, как из-за противоположного угла здания выскочила темная фигура, облаченная примерно в такой же спецкостюм, что и полковник.

Латыпов, притормаживая, вскинул автомат на уровень плеча, но не выстрелил, потому что услышал в наушнике сигнал оповещения «свой». К тому же боец, возникший напротив, вел себя не агрессивно. Он даже не поднял оружие, продолжая держать его у пояса. И Латыпов, слегка расслабившись, медленно двинулся навстречу – ведь наткнуться на своего в сложившейся ситуации было большой удачей.

Однако действия незнакомца оказались ловушкой. Постояв несколько секунд будто бы в нерешительности, он внезапно, от бедра, дал длинную очередь трассирующими пулями. И попал ведь, пиндос поганый!

Боль была такая, словно в тело вонзилось несколько тупых сверл крупного диаметра. Офицер, отшатнувшись, вскрикнул и опустился на колени. Самое же неприятное заключалось в том, что пули еще и зацепили плечо, кратковременно парализовав руку. В результате полковник выронил автомат.

Враг этим немедленно воспользовался, выпустив вторую очередь по телу безоружного противника. На этот раз пули угодили в живот. И хотя пластины бронежилета снова выдержали, Латыпов согнулся от боли и свалился на бок, под росший рядом куст…

Сержант спецназа морской пехоты Майкл Шульц считал себя счастливчиком и везунчиком. Вот и сегодня ему повезло как минимум трижды.

Сначала ему повезло, когда БМП их диверсионной группы подбил тяжелый танк русских. Он мог быстро раздербанить прямой наводкой неподвижную бронемашину вместе со всем содержимым, но через мгновение сам взлетел на воздух – «Маунтин» постарался, очень кстати выпустив во вражеский танк неуправляемую ракету.

Оставив тяжелораненого бойца дожидаться помощи в подбитом транспорте, остальные диверсанты продолжили выполнять задание в пешем строю. Но напоролись на отряд противника. В ходе ожесточенного боя погибли все – кроме счастливчика Майкла, не получившего ни единой царапины.

Сержант решил вернуться назад, чтобы вместе с раненым бойцом дождаться в БМП обещанной подмоги. Но бронемашину разнесло на куски буквально на глазах Майкла. Разве не везение?

И почти тут же сержант снова избежал смерти. Все диверсанты имели специальные датчики, реагирующие на запрос системы опознавания российских военнослужащих. Майкл вовремя включил ее, сообразив, что враг находится совсем рядом. И угадал.

Теперь доверчивый русский боец агонизировал на земле, а Майкл не спеша приближался к нему. «Надо будет тщательно обыскать труп, – подумал сержант. – Вдруг при нем есть какие-то документы? Тогда точно получу поощрение».

Он, конечно, видел, что русский выронил автомат и почти не шевелится. Поэтому намеревался спокойно добить раненого противника в упор. И, собственно, уже собрался это сделать – остановился в паре шагов, наклонил ствол автомата, прицелился и нажал на спусковой крючок. Однако выстрела не последовало.

Чертыхнувшись, сержант отсоединил пустой магазин и засунул его в подсумок. А вот вытащить запасной рожок не успел. Вроде бы уже почти мертвый русский неожиданно выстрелил с левой руки. И бронебойно-трассирующая пуля, выпущенная из самозарядного пистолета Сердюкова, поставила жирную точку в короткой жизни Майкла Шульца. Впрочем, он умер, так и не успев ничего понять и продолжая считать себя везунчиком…

* * *

– Чего ему надо? – Седой человек в кителе с одной большой звездой на погонах оторвал взгляд от громадного монитора. Развернулся. Потер лоб. И посмотрел на помощника красными от недосыпания глазами. – Ты же видишь, какая ситуация на фронте. А тут… полковники какие-то. В каком он состоянии?

– В плохом, на мой взгляд, – ответил военный с погонами майора. – Несколько ранений и, судя по всему, большая потеря крови.

– Ну так пусть ему сначала помощь окажут. В конце концов, пусть особистам доложит, если торопится.

– В том-то и дело, товарищ генерал. Говорит, что информация особой государственной важности и он сообщит ее только лично вам. И ждать не хочет, боится, что может умереть.

Человек в генеральском кителе тяжело вздохнул. Бросил взгляд на монитор, где тревожно горели и мигали десятки разноцветных огоньков и линий. Дернул щекой.

– Где он? – спросил раздраженно.

– Здесь, в приемной.

Генерал неодобрительно покачал головой:

– Ладно. Оставайся здесь на связи. Я сам с ним переговорю.

В приемной находились два человека. Один, с погонами подполковника, стоял около стола в углу и переговаривался с кем-то по микрофону внутренней связи. Другой – в полевой форме защитного цвета без знаков различия – сидел на диванчике у стены. На куртке пятна крови, небритое лицо посерело, правая рука прижата к животу.

Увидев генерала, он попытался встать, но тот махнул рукой:

– Сидите. Это вы полковник Латыпов?

– Я, – хрипло отозвался раненый.

– В чем дело? Учтите, у меня очень мало времени. Вы в курсе, что противник прорвал линию обороны по периметру МКАД?

– Я знаю об этом… товарищ генерал армии. Моя группа наткнулась… на противника около… станции «Планерная»… Все бойцы погибли. Я добрался один.

Генерал, не сдержавшись, выругался. Помолчав несколько секунд, спросил, играя желваками:

– Так что вы хотели сообщить, полковник? Что за «информация особой государственной важности»?

Латыпов покосился на офицера около стола и многозначительно кашлянул.

– Иванцов, – распорядился генерал. – Оставь нас на пару минут… Ну так что? Докладывайте.

Полковник, опершись здоровой рукой на подлокотник диванчика, с заметным усилием поднялся. И лишь потом, встав по стойке смирно, заговорил, делая большие паузы:

– Товарищ генерал армии… Отряд специального назначения… под моим командованием… сопровождал эшелон… с особо ценным грузом… Документы у меня… в бронежилете. А он… – Полковник повел головой по сторонам. – Он, видимо…

– Потом гляну ваши документы! – Генерал нервно дернул щекой. – Передайте на словах.

– Если на словах, то… эшелон застрял… на подземном перегоне… В нем… в нем груз… из Гохрана…

Конец ознакомительного фрагмента

Скачать книгу